Российский поэт Дмитрий Быков: Путину нужна экспансия, иначе рейтинг начнет сдуваться
22.04.2014 07:37

Российский поэт Дмитрий Быков: Путину нужна экспансия, иначе рейтинг начнет сдуваться

MIGnews.com.ua

Известный российский поэт Дмитрий Быков рассказал об ужасной черте характера своих соотечественников, в чем была ошибка новой украинской власти, и про то, что передел мира таки будет, пишут Вести.

– Прочитал ваш свежий стих в поддержку Андрея Макаревича. Одни люди из культурной элиты стали травить лидера "Машины Времени", другие – бросились его защищать. Это ситуация не напомнила вам застойные годы?

– Это гораздо более глубокая ситуация. Советский Союз был во многих отношениях лучше путинской России. Тогда надеялись, что когда с лица нашей Родины сотрут черты диалектического материализма, под ними обнаружится что-то прекрасное. Сейчас мы видим, что болезнь гораздо глубже, и дело не в идеологии. Где-то в дебрях национального характера гнездится ужасная черта характера – травить. Если бы с таким же энтузиазмом относились к любому позитивному проекту, к работе, – цены бы нам не было. А сейчас мы видим готовность лишь выделять чужих и травить их. Появились герои для пятиминуток ненависти, чтобы тыкать в них пальцами. Но не дай Бог, чтобы с ними что-нибудь случилось, нельзя уничтожать их до конца, потому что тогда некого будет обвинять, или опять придется искать предателей. Думаю, это победимо, можно найти такое дело, которое бы заставило всех работать и прекратило бы выяснение отношений: кто враг, кто друг. Но чтобы сформулировать такую поступательную задачу, нужно чтобы во власти сидели умные. А российская власть долго формировалась по принципу отрицательной селекции. Так что они не смогут поставить позитивную задачу. Их главный принцип – поиск врага: то коварный Пиндостан нам мешает, то ужасные англосаксы, то Китай. Это меня постоянно раздражает. Я по природе человек довольно мирный.

– Тема "Крым, Украина" разделило российское общество. Что его может соединить?

– Соединить могла бы идея космоса, если бы ее высказал не Дмитрий Рогозин. На его же лице написано две вещи: во-первых, ему плевать на Луну и Марс, все это он делает ради личной карьеры, а во-вторых, он ни во что не верит, потому что абсолютный циник пропагандистского толка. Может он хороший человек в кругу своей семьи, но в политике он беспредельно циничен. И в этом своем предложении – осваивать космос тоже.

– Пока же российская сторона "осваивает" Украину…

– В российских массах совсем непопулярна идея захвата Украины. Все понимают, что большая полномасштабная война никому не нужна. Проблема в другом: чтобы людей чем-нибудь увлечь, нужны новые политические фигуры. Таких из путинского "политбюро" трудно набрать. Я не знаю никого, кроме самого Путина, кто бы пользовался хоть некоторым лимитом народного доверия. Да и он зависит от внешних обстоятельств. Путин предложил взять Крым. И мы его взяли. Не могу сказать, что меня устраивает, как это было сделано, но Крыма не вернешь. Какими будут его следующие шаги - это непрогнозируемое.

– Почему же? Харьков, Донецк, Луганск… Все там сейчас в подвешенном состоянии.

– Не знаю. Но это вопрос не только к Путину. По большому счету, если бы новая украинская власть сразу бы наладила диалог с регионами и начала там работу, а не месяц спустя, возможно, все получилось бы по-другому. Но я к ним не могу предъявлять претензии, потому что на их месте, наверное, вел бы себя еще хуже. Просто это вопрос не только к Путину: удержится ли восток в составе Украины? Я уверен, на востоке не больше 10-15% хотели бы присоединиться к России. Другой вопрос, что Путину необходима внешняя экспансия – ему надо расширять свое пространство. Не потому, что он нуждается в нем экономически, а потому, что это политическая проблема – ему нужно все время подзаводить национальный дух. Подзаводить его производством он не может. Может, это будет кампания создания противоракетного щита или уничтожения загранпаспортов – неизвестно. Может, переход России на церковный календарь, на посты и молитвы? Но экспансия Путину необходима, иначе рейтинг начнет сдуваться, а он уже, понятно, рейтинговый наркоман. Хотя слово "наркоман" у нас уже нельзя употреблять, человек сразу показывает справку. Поэтому оговариваю: наркоман в кавычках, в переносном смысле – человек болезненно зависимый от какого-то обстоятельства.

– По поводу рейтинга: сейчас "подстегнулся" интерес к литературе о войне, о революции. Может в планах новая книга в таком духе?

– Я хочу сейчас написать книжку о предвоенной Москве, об ИФЛИ (Институт философии, литературы и истории, название двух гуманитарных вузов университетского типа, существовавших в Москве с 1931 по 1941 – ред.) в 1940 году. Но не знаю, буду ли ее писать, потому что нужно много поднять материала. Меня интересует внезапный переход: перезревший, перетяжеленный период сложности – в ужасную простоту войны. Когда система рушится под собственной тяжестью. Европа была переусложнена и в 1914 году, а у 1940 – это был огромный перезревший гнойник. Но сейчас начинать большую книгу – все равно, что перед цунами мыть полы. Мы очнемся в новом мире. Неважно, будет война или нет. В смысле, это важно, конечно, но это не влияет на результат. Передел мира осуществится. Он осуществляется каждый век. Мне бы хотелось, чтобы он прошел в бескровном формате. Как это выйдет – это уже вопрос к истории.

– А ситуация в Украине – не является ли стартовой для переформатирования мира? Многие воспринимали поначалу как фантастику историю с "зелеными человечками".

– Для меня все это было предсказуемо. Я понимал, что украинская ситуация с 2004 года недорешена. И она, скорее всего, сдетонирует. В романе "ЖД" (2006) – это описано. Я не предполагал, что Россия конкретно "отъест" Крым, но то, что без внешней экспансии Путин не обойдется – я об этом говорю последние два-три года. Другое дело, что на эту экспансию Россия может получить такую реакцию мира, что это приведет к мощным внутренним потрясениям. Таким, что мы вместо нынешней России – увидим другую страну. От России вообще много зависит. Мы можем увидеть территориальный рост, внешнюю агрессию, внутренний раскол? Пока непонятно. Однако я могу предсказать, что будет через 20-30 лет. Россия переболеет вирусом агрессивного национализма и продолжит нормальное европейское развитие. И будет вспоминать эпоху Путина как постыдный подростковый сон. Это подростковый период: "Я все могу!" Если подросток в какой-то период не подерется, не получит по морде, не вступит в связь с девочкой – он будет больным. Россия сейчас проходит подростковый период. И потом это так же будет вспоминаться как подростковые стыдные сны. В каких конкретно формах Россия будет развиваться в этот трудный период, определить не берусь. У всех наций – это по-разному. Все через эту стадию проходили: Германия, Япония, наполеоновская Франция, Швеция при Карле. Будем надеяться, что пройдет в мягкой форме, как у Америки, которая отделалась Ку-Клукс-Кланом и небольшой гражданской войной. Надеемся, в России это все обойдется без гражданской войны.

– А в России антикоррупционная волна "за честные выборы", начавшая в декабре 2011 года, в конце концов же сошла на нет. Она принесла какой-то результат?

– Никуда она сошла. Она ушла в народ. Народ внутри себя скептичен – по отношению к власти. Все эти "болотные" настроения ушли глубже, они перестали быть митинговыми, стали домашними, квартирными. Поезжайте в провинцию – там никакого восторга относительно Путина вы не увидите. Россия вечно жить в формате Майдана не может. Я вот в Украине предложил сделать Майдан постоянно действующим институтом. Совершенно очевидно, что Майдан не хочет расходиться. Пусть там будет. С Радой у вас не очень получается. У вас выходит в формате Запорожской Сечи. Россия не может жить в силу климата в формате Майдана. Холодно. И континентально: мы любим резкие смены. Мы помитинговали – теперь это выходит на уровень профессиональной низовой работы.

– Государство и народ окончательно разделились…

– А они никогда и не были едины в России. Если вам кажется, что сейчас, под действием Крыма, народ и государство объединись и все аплодируют – это не так. Народ и государство всегда ведут холодную войну на уничтожение.

– Ваш проект с Михаилом Ефремовым "Гражданин Поэт", "Гражданин Хороший" - закончен?

– Может он и будет продолжаться, но без меня. Я уже все свое там сделал. Никакого конфликта не было: просто не могу больше – все-таки было уже три года. Мне хочется книжки писать, лирику. Хотя часто стихотворный фельетон живет у нас долго, потому что ни одна проблема не решается.

– Возвращаясь тогда к биографии Маяковского, которую вы пишете. Какие вам дала краски для книги о революционном поэте современность? И потом, в последнее время было много новых спектаклей о Маяковском в Москве. Почему он стал актуальным?

– Трудный вопрос. Видите ли в чем штука: русская революция сильно оболгана, как знают люди, хоть сколько изучавшие ее, она на 90% - эстетический проект. Это реакция на чудовищную пошлость русской жизни конца XIX века. На зомбирующие технологии пропаганды, которые тогда тоже были. На пошлость великорусского шовинизма, который проявился в войне 1904 и 1914 годов. Это был эстетический протест, это была революция футуристов. Пролетарий таких революционных намерений не имел. У пролетариата никогда не было революционных масштабных замыслов. Такие замыслы были у художников.

– А как же Ленин?

– Ленин – это футурист от политики. Я против того, чтобы его недооценивать. У него были серьезные намерения сделать российский государственный аппарат более мобильным: творческим и менее бюрократическим и репрессивным.

– Он же западник, по сути. Он провел десятилетия во Франции, в Швейцарии…

– Нет, он ненавидел Европу, он провел там печальные годы и не мог ей простить унижения. К европейской демократии у него было отношение как имитационной, лживой. Он скорее был сторонником русского проекта а-ля Чернышевский. Ленинский Совнарком – довольно интеллектуальное и мобильное правительство. Есть знаменитая история. Звонит неизвестный в "Окна РОСТА". "Кто там есть, - спрашивает из руководства?" - "Никого, только художники, – отвечают. – "Что никакого начальства?" – "Никого". – "Хорошо". – "А кто это говорит?" – "Ленин". Из ленинской статьи "Великий почин" видно, насколько он любил живое творчество масс. Ленин был бы восторге от Майдана – он фанатик самоорганизации.

– Про "кухарку, которая может управлять государством" - это не его слова?

– Это, конечно, демагогия, но самодеятельность масс было его главной целью. Ленинцы – не те, кто ссылали в лагеря. Это не Дзержинский, который тоже весьма неоднозначная фигура. А это, к примеру, Макаренко. Ленинцы творили небывалые формы социальной самоорганизации. Сейчас такого азарта делания нового мира не хватает. Когда Александр Проханов кричит: "Мы присутствуем при историческом витке русского национального творчества", это значит для него: всех посадить. Коррупционеров, евреев и, впоследствии, интеллигенцию. И потом вырастить новых технократов – кузнецов космических или баллистических ракет. Это трагично. Русское историческое творчество - это не Проханов и не Сталин, это примерно с 1918 по 1929. Потом кое-что было в 1960-е. Маяковский был одним из тех, кому это было надо. "А моя страна подросток – твори, выдумывай, пробуй". Когда Россия творит, выдумывает, пробует – она достигает потрясающих результатов. Но беда в том, что чаще она убивает, подозревает, допрашивает. И это ничего общего не имеет даже с ленинской триадой: "Учиться, учиться, учиться". Это же не "Мочить, мочить и мочить". Думаю, что Россия стоит на пороге размыкания своего исторического цикла. Она себя переросла. Получит прививку – и все будет нормально.

– Как вам видится налаживание отношения и между Украиной и Россией?

– Через двадцать лет в идеале – это две свободные братские страны, вместе решающие проблемы славянского единства. Может какой-то российско-украинский Союз? Если мы не успеем уж слишком друг другу навредить. Мне видится единое пространство, свободный проезд, общий Крым, в котором, надеюсь, будет подписан договор о вечной дружбе – новая Переяславская рада. Но для этого нужна новая Россия. Невозможно столько лет всех дурить и ненавидеть. По моим прогнозам, позитивные перемены должны случиться раньше. И Россия, и Украина, две могучие сестры, пойдут рука об руку к светлому будущему, а остальной мир будет взирать на это с восторгом и ужасом. Это я шучу, конечно. Но вместе будем, факт.

– Вас Путин дважды приглашал на встречу и оба раза не сложилось. Почему?

– Так не специально получилось. Один раз меня не было в Москве, а другой – это был формат ДР. Но как можно прийти на день рождения и говорить человеку гадости? А говорить приятности – у меня не было особого повода. Но принципиально я не против такой встречи. Да что-то больше не зовут. Некогда им - Крым присоединяют. Вообще, я очень люблю Крым. Лучшие мои книги написаны в Крыму. "Артек" - моя мечта. И я не могу представить там "Наших". Нежели на Черном море будет "Селигер"?Неужели мой Артек будет опоганен молодежными кремлевскими движениями? Это для меня потрясение. Я точно знаю, что еще буду в "Артеке". Но сейчас мне в Крым как-то не едется. Для меня всегда это было пространство неприкосновенное для всякой дряни. А сколько сейчас туда поедет коррупционеров строить свои дворцы! И клерков, демонстрировать свою лояльность и петь караоке! Мне не хочется там видеть Суркова и братьев Якименко! Мне хотелось там увидеть других людей. Но подождите – Россия переболеет. Я надеюсь, Россия вытащит себя за волосы из болота. И тогда мы встретимся в свободном Крыму и будем говорить исключительно о прекрасном.


Оцените материал: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 [59] всего оценили 11

Статьи по теме

Новости партнеров
Другие новости

Спецтемы

Вопрос дня

Должны ли политики нести ответственность за невыполненные предвыборные обещания?
  Покупка Продажа
USD 28.1000 28.3500
EUR 32.4500 33.0000
RUR 0.3950 0.4200
BTC 6,115.5337 6,759.2739
Яндекс.Метрика